У вас бывало такое чувство, что некоторые детские воспоминания невозможно объяснить? Или такие, которых вы бы предпочли не помнить вовсе? Знаю, звучит банально, но у меня есть такие. И я пишу это вместо своего университетского эссе… но у меня ведь есть ещё месяц, так что мне кажется, что это довольно разумное оправдание, чтобы потянуть время. В общем, я вырос в маленьком городке на юге Айовы под названием Вудбрук. Я разделю воспоминания с помощью жирных заголовков, если их так можно назвать.
25–27 мая 2013
Мне тогда было 8 лет, и я только что закончил учебный год. Я был в диком восторге от наступающего лета: мороженое и бесконечные игры на айпаде. Конечно, мои родители постоянно пытались вытащить меня из дома, заставляли гулять, делать что-то активное, но мне это не нравилось — насколько я помню, одной из главных причин была моя нелюбовь к клещам. Почти всё время после школы я просто смотрел YouTube и играл.
Когда солнце начало садиться, мама позвала меня ужинать. Я спустился вниз, мы сели есть, и мама пыталась заставить меня доесть всё. Всё это время я как будто был прикован взглядом к лесу за окном. Не помню, почему — то ли я что-то заметил, то ли просто чувствовал, что должен смотреть. После ужина она заставила меня почистить зубы, принять ванну и, как мне кажется, я ещё где-то час играл на айпаде перед сном.
А странное началось уже во сне. И даже сейчас я чётко его помню — будто это было наяву. Я был в домике на дереве с друзьями и какой-то взрослой женщиной. Она выглядела на возраст студентов, которых я видел, когда они бросали камни в старый ручей неподалёку. Она всё повторяла какие-то слова, которых я не понимал — какой-то бред. Мы все смотрели на странную царапину на полу домика. Хотя сам домик тогда вообще не существовал. Царапина походила на трезубец, смешанный с каким-то традиционным символом коренных американцев. А потом я понял, что она говорит... Это были четыре простых слова.
Не доверяй им
Я не понимал, кого она имела в виду. Когда я рассказал маме про сон — она сказала, что это просто сон.
31 октября 2017
Я всегда любил Хэллоуин и клялся, что буду ходить за конфетами до 18 лет (и да, я действительно делал это до 18 — не осуждайте, халявные сладости, с этим не поспоришь). Всё было готово: костюм, корзинка. Я не помню точно, в каком порядке всё происходило, но в один момент я оказался в библиотеке и стал разговаривать со стареньким библиотекарем мистером Харбарроу. Мы неплохо ладили — я делился с ним новостями из школы, он — старыми историями, как в юности охотился на местную живность.
Он всегда с улыбкой рассказывал, как охотился на «человекообразных енотов». Меня это пугало и сбивало с толку — я-то таких никогда не видел. Считалось, это у него старческое. Он предупредил меня быть осторожным в Хэллоуин из-за недавних случаев с пропажей детей. Я не послушал, естественно, дураком был, и пошёл рассматривать книги.
Когда я был в книжном ряду, книги начали сами по себе падать. И, насколько я помню, названия книг не образовывали ничего, они просто падали. А потом... Я мог это помнить неправильно, но я увидел тень в конце прохода. Тень исказилась и исчезла в воздухе. Я, как любой нормальный ребёнок, схватил первую попавшуюся книгу, оформил и убежал из библиотеки.
2 ноября 2017
В четверг на уроке истории я разговаривал с моим лучшим другом Райаном. Мы до сих пор друзья, кстати. Учитель истории подошёл ко мне и попросил отнести ноутбуки мистеру Льюису — преподавателю информатики. Я согласился. Весь путь до его кабинета — длинный коридор. Всё это время я чувствовал, что за мной кто-то идёт. Я останавливался, оборачивался — никого. Но страх не исчезал. А потом я начал дрожать без причины. Вдруг врубилась громкая и болезненная для слуха сирена из интеркома. Я стоял прямо у двери кабинета, и не мог дальше. Мистер Льюис открыл дверь, взял ноутбуки, поблагодарил. Я спросил, слышит ли он этот звук — он посмотрел на меня и покачал головой. Спросил, всё ли в порядке. Я дрожащей рукой показал палец вверх и ушёл обратно в класс.
25 декабря 2017
Рождество. Я помогал маме с приготовлениями праздничного стола. Мы услышали, как что-то упало в гостиной. Мама попросила проверить. Я пошёл и увидел, что ангелок с вершины нашей ёлки упал лицом вниз. Поднимаю — и закричал. На лице ангела было вырезано тот самый символ: трезубец, переходящий в знак, напоминающий старинные узоры коренных народов. Очень чёткая гравировка. Мама подумала, что это я. Ну... честно, у меня было тёмное прошлое с порчей игрушек.
Я убедил её, что не виноват. В итоге она разрешила мне сбегать за новым украшением. Я одел куртку, пошёл в ближайший магазин. По дороге подскользнулся, но меня поймала молодая женщина — выглядела на студентку. Я поблагодарил её и спросил, кто она, ведь я её раньше не видел (в Вудбруке знали всех в лицо). Она ответила: «Я только что приехала, чтобы учиться. Меня зовут Алеция. Или можешь звать меня Але или Зиа».
Не знаю, откуда «Зиа», но я принял это. И в дальнейшем буду называть её так. Мы дошли до магазина и всё время она расспрашивала меня — ничего личного, но от неё исходила какая-то... иная аура. Не объяснить.
12 марта 2018
Весенние каникулы. Я, Майя, Райан, Джеймс и Эван — моя постоянная компания. Мы уже включили Зиа в наш круг. Когда она с нами, она вела нас к ручью, где студенты бросали камни в воду. Им, вроде, не было дела до нас.
В тот вечер, когда все уже ушли, мы собрались уходить, но я заметил на другой стороне ручья енота. Только... он стоял на задних лапах, а конечности у него были вытянуты и искажены. Он улыбался — оскал полный зубов. Я сказал об этом друзьям, Зиа первой кинула в него камень — он убежал. Я сразу воскликнул: «Это скинвокер!» Да, я тогда особо не разбирался. Вскоре их стало больше. Они начали тоже кидать в нас камни.
Началась настоящая каменная битва. Они смеялись, как гиены. Только Зиа не участвовала. Она злилась, я слышал, как она пробурчала: «Ну конечно…»
Один из них бросился к ручью и побежал в нашу сторону. Мы побежали. На тротуар ко мне прилетела листовка — она врезалась мне в лицо. На ней фото пропавшей девочки Софии. Ей было четыре. Последний раз её видели у ручья. И... тот же символ — вырезан на углу листовки. Тот же, из моего сна.
Я показал листовку остальным. Все были в шоке. Потом мы поняли — с нами нет Зиа. Кто-то закричал: «Берегись!» — и я оказался на земле. Меня обняло одно из этих существ. Оно хихикало, его кожа была как мокрая тряпка, вся в грязи. Чудовищно мерзко. Зиа подбежала, начала отрывать существо от меня. Помогли друзья. Мы его оттолкнули, Зиа закричала, чтобы оно уходило — оно снова расхохоталось и убежало.
Я поранился — локоть содрал. Зиа достала из рюкзака бинт. Поблагодарил её.
Мы начали думать, что символ — метка секты, которая похищает детей для жертвоприношения... Мы были детьми. Нам было страшно.
16–17 марта 2018
Я пошёл в библиотеку и рассказал мистеру Харбарроу про случившееся. Он поправил очки и сказал: «Они как-то залезли ко мне в дом и ради шутки положили моего младенца на крышу». Он оставил дверь открытой, и существа вошли. Разбудили его шумом. Он сказал, что выстрелил в одного — остальные забрали раненого и ушли. Я спросил: «Это... нормально?» Он ответил: «Я здесь живу 40 лет. Для этого города — да».
Я поблагодарил и ушёл. Был явный холодок внутри. Когда вернулся домой, нашёл кучу почты. Среди неё — конверт на моё имя. Внутри — фотографии: ручей и мой домик на дереве.
Я вызвал друзей и Зиа. Мы пошли к домику. И там, на полу — снова этот символ. Большая гравировка. Мы начали обсуждать теории.
«Секта тебя метит!» — сказала Майя.
Но Зиа сказала, что это не трезубец, а греческая буква — «пси». Она объяснила, что в городе есть влияние и греческое, и коренных народов. Она погладила символ рукой и загнала занозу себе в палец. А потом сказала: «Эти “еноты” — лишь часть того, что здесь живёт». И снова повторила четыре слова.
Не доверяй им
Я спросил, что это значит. Она ответила: «Они всегда хотят чего-то от тебя. Они лишь хотят запутать тебя».
Тучи начали затягивать небо. Я боялся. Не только этих существ, но и реакции отца, когда он увидит испорченное дерево — он строил этот домик с любовью. Но Райан предложил: давайте покрасим домик! Это и покроет символ, и порадует моего отца. Мы так и сделали.
Ночью я не мог уснуть. Всё время смотрел на шкаф. А потом понял: в шкафу что-то было. Я встал, открыл — пусто. Посмотрел в окно — и вот он. Мужчина в цилиндре. Он исчезает, и головной убор меняется на корону, потом он вообще без ничего… Он исчез. Я... на втором этаже был. Это не могло быть реальностью.
На следующий день в аркаде были все... кроме Зиа. И... Эвана. Его не было. Мы нашли кучу оправданий. Но...
2 апреля 2018
Единственное, что осталось — листовка о пропаже Эвана. Его мать сказала, что он не покидал свою комнату. Ни следов побега, ни взлома. У полиции не было зацепок. Зиа выразила соболезнования. Джеймс предложил искать его. Я возразил: «А с чего нам начать?!»
Райан предложил: старый ручей. Мы согласились. Мы были обязаны хотя бы попробовать. Мы перешли на ту сторону, откуда вышли те существа. Сначала пошёл я, потом помог другим перебраться. Мы шли вглубь леса. Зиа говорила, что это глупо.
Майя заметила царапины — странные. Они выглядели как искусственные — сделанные ножами или топором. Это подтверждало нашу теорию про секту. Но Зиа добавила: «Они же умные. Может, они и инструменты используют?»
Это было логично. Листья дрожали, хотя ветра не было. Зиа крикнула: «Не смотреть! Лечь!» Мы повиновались. Над нами пролетело нечто. Потом она сказала — можно подняться. Мы смотрим вверх — листья зелёные и на деревьях. Смотрим вниз — сухие, мёртвые.
Я начал бесконтрольно дрожать. Колени подкосились. Потом Майя. Потом Джеймс. И Райан. Осталась одна Зиа — тяжело дышала. Шум ветра усилился до свиста. Мы не могли встать, физически. Всё стихло. Зиа сказала: «Я перенесу вас по одному через ручей!»
Я внутренне вздрогнул. Кто-то будет... один. Последним. Мной. Она унесла всех. И я остался. Страх захлестнул. А потом — шаги. Она вернулась. Я был спасён. Мы пересекли ручей. Я смог вновь двигаться.
27 мая 2018
Финалы закончились. Все приняли: Эван исчез. Вернуться было невозможно. Зиа тоже была «занята». Я последний раз пришёл к ручью. Смотрю на ту сторону. Вижу — Эван. Ужас в глазах. За его спиной тень тянет руку, хватает его... морг — и он исчез. Я поклялся: больше никогда не приду сюда. Никогда не забуду.
8 декабря 2025, наши дни
Я пишу это, потому что Зиа связалась со мной. Письмом. Она написала: «Что-то было забыто этим городом. И оно возненавидело то, что о нём забыли». Я не хочу возвращаться к ручью. Я не хочу знать, что это было. Если у кого-то есть идеи, что делать — скажите. А пока... всё. Я благодарю всех богов, что уехал из Вудбрука.