Я пишу сюда впервые, но не знаю, куда ещё пойти и кому рассказать, чтобы меня хотя бы выслушали. До этого случая со мной не происходило ничего паранормального и вообще ничего хоть сколько-нибудь страшного. Я всегда был скептиком, не верил ни в призраков, ни в упырей, но эта история меня изменила, к добру или к худу.
Я вырос в маленькой тихой деревушке. Чтобы вы понимали: овец в моих родных местах больше, чем жителей, и даже наш сосед был пастухом. В радиусе пятнадцати километров нет ни одного магазина, только деревенский бар, и уже по этому понятно, что за народ тут живёт. У нас даже вышек сотовой связи не было, работали одни проводные телефоны. Дом у нас совсем небольшой, зато задний двор огромный. Поэтому родители решили строить гараж отдельно от дома, и получилась самостоятельная постройка поменьше, в два этажа. Лестницы в гараже, правда, нет, только ржавая железная стремянка, ведущая на пыльные антресоли прямо над местом, где стояла наша старая машина. В гараже у нас всегда был холодильник, где папа держал пиво, а я газировку. Помню, как допоздна играл в приставку, когда родители засыпали, а потом со всех ног бежал через непроглядно тёмный двор в гараж за колой. Фонарей на заднем дворе у нас не было, а в гараже горела одна древняя лампочка под потолком. Я щёлкал выключателем, смотрел, как она несколько секунд мигает, потом с гудением разгорается вполнакала, и только тогда шёл к холодильнику. Так было каждый раз.
Но прошлой ночью свет подвёл. Я проснулся среди ночи с такой жаждой, какую могла утолить только ледяная газировка. Я заставил себя вылезти из постели, сунул ноги в сандалии и пошёл вниз, на всякий случай прихватив телефон. Спустился по ступенькам на задний двор и открыл большие гаражные ворота маленьким пультом, который лежал у нас при входе. Я включил фонарик на телефоне и двинулся к гаражу, до которого было метров десять. Особой уверенности фонарик не прибавлял, но пока сойдёт. Выйдя на террасу, я услышал стрекот сверчков и лёгкий ветерок в ветвях нашего ореха. Я глубоко вдохнул прохладный ночной воздух, умиротворённо выдохнул, и тут всё стихло. Сверчки как будто исчезли, а воздух замер так, как на моей памяти не замирал никогда. Казалось, время остановилось, и только для меня почему-то сделало исключение. Сердце забилось чаще, дыхание стало частым и неглубоким. Я крутанулся на месте, светя фонариком и пытаясь понять, что происходит, но всё выглядело как обычно. А потом, как ни в чём не бывало, сверчки застрекотали снова, и ветерок вернулся.
Я растерялся, но списал всё на то, что ещё не до конца проснулся. Отмахнулся и побрёл через двор к гаражу. Я был в сандалиях, поэтому внимательно светил себе под ноги. Днём прошёл дождь, земля ещё не просохла, и мокрая грязь чавкала при каждом шаге. Видел я, может, на метр вперёд, и радости от этого было мало, но за столько лет я привык. Здесь, вдали от городской суеты, уличных фонарей нет, и светит разве что луна. Но после дождя её затянуло тонкой пеленой серых облаков, так что приходилось полагаться только на слабенький фонарик телефона. Поэтому следы в грязи я заметил не сразу.
Я увидел их уже почти у самого гаража. Они запросто могли оказаться звериными: через наш двор по ночам постоянно ходят бродячие кошки и собаки, а иногда даже лисы или олени. Но эти следы почему-то показались мне другими. Разобрать было трудно, вода в грязи их слегка размыла, но для зверя они выглядели слишком длинными и широкими. Подошёл бы разве что медведь, только медведи водятся в горах. Глядя на эти отпечатки, я занервничал: что-то было не так. Я повертел головой в темноте, высматривая, нет ли кого-нибудь или чего-нибудь рядом, но вокруг стояла чернильная тьма. Я подумал было вернуться в дом и разбудить отца, но тут горло опять запросило газировки, и я решил идти дальше. До гаража я добирался, по ощущениям, целую вечность. Наконец я щёлкнул выключателем и услышал знакомое гудение тока, бегущего к лампочке. Она мигнула раз, другой и загорелась ровно, залив гараж тёплым оранжевым светом. Я выключил фонарик и оглядел гараж. Ржавая старая машина стояла там же, где всегда.
Мы давно не убирались, и по углам висела паутина, хотя пауки меня никогда особо не беспокоили. Я заметил маленького сенокосца, ползущего по потолку, а потом опустил взгляд на антресоли. Там было темнее, потому что свет загораживала куча старых коробок и чемоданов, но я всё равно его увидел. Из-за коробки с моими старыми игрушками на меня смотрела фигура с глазами темнее ночи, обхватив коробку бледной рукой, как выглядывают из-за угла. Я уставился на неё, боясь шелохнуться, и смотрел, как она отступает вглубь антресолей. В ту же секунду лампочка опять замигала, только на этот раз больше не загорелась. Я снова оказался в темноте, и теперь не один. Я завозился с телефоном, наконец включил фонарик и стал светить повсюду: на машину, на холодильник, на ржавую стремянку, ведущую туда, где сидела эта тварь, и в конце концов остановил луч на антресолях, где видел фигуру. Я ничего не увидел и медленно попятился из гаража, напрочь забыв о жажде. Переступив порог и снова оказавшись в ночи, я кинулся к дому будить родителей. И споткнулся. Я покатился по траве, телефон вылетел из руки и упал в паре метров впереди.
Я быстро вскочил, подобрал телефон и посветил туда, где споткнулся. На земле что-то лежало. И дышало. Я осторожно шагнул вперёд, чтобы рассмотреть получше, и понял, что это соседская овца. Она была ещё жива, хотя из живота у неё был вырван кусок и кишки вывалились наружу. Я слышал, как она судорожно дышит, едва цепляясь за жизнь. Как она попала к нам во двор, я понятия не имел, но куда важнее было, что с ней случилось. Я опустился рядом на колени, давясь от запаха крови. Осмотрел раны: следы когтей на морде и сломанная нога, из-за которой она, видимо, и свалилась. Укус на брюхе выглядел свежее, как будто им собирались добить. Но тот, кто её искалечил, ничего не съел. Похоже, он отнял у неё жизнь ради забавы. Сама овца сюда добраться тоже не могла, значит, её приволокли, и я сильно подозревал, что это сделала тварь из моего гаража. Овца смотрела на меня, всё ещё держась. Она слабо проблеяла и вяло дёрнула ногами. Я смотрел на неё с жалостью, жалея, что мне нечем прекратить её мучения, и тут меня сшибло на спину. Я приподнял голову и увидел, как овцу утаскивают в темноту, а она отчаянно блеет. Чем бы эта тварь ни была, она вернулась за добычей. Должно быть, она вышла из гаража следом за мной и кралась по пятам.
К счастью, её нигде не было видно, и я поднялся на ноги. Сверчки давно умолкли, а ветерок, который так успокоил меня, когда я только вышел во двор, бросил меня на произвол судьбы. Я опять рванул в сторону дома. Вернее, туда, где, как я думал, был дом. А упёрся в бетонную стену, окружающую наш участок. Я побежал не туда. Наверное, потерял ориентацию, когда эта тварь сбила меня с ног. Я огляделся и понял, что оказался на противоположном конце двора. В дальней его части, где от прежнего хозяина дома остался ржавый велосипед и где отец построил сарай. «Сарай!» — подсказал мозг. Там полно инструментов, есть даже циркулярная пила. Пожалуй, это была моя единственная надежда, хотя ко мне-то эта тварь особой враждебности не проявляла. Только мой страх в такие тонкости не вникал: увидеть нечто похожее на человека, но не совсем человека, было выше моего понимания. Я навалился на деревянную дверь сарая, и она со скрипом открылась. Я закашлялся от взметнувшейся пыли. Сараем не пользовались много лет, с тех пор как отец стал складывать новые инструменты в гараже, а вернуться туда я не смел. У двери я увидел ржавую циркулярку, потом перевёл фонарик на дальнюю стену сарая.
Там на крюках висели инструменты, и среди них топор. Я снял его с крюка и покачал в руках, прикидывая вес. Я не знал, что это за тварь, но надеялся, что топора хватит, чтобы от неё защититься. Я развернулся к выходу и снова увидел ту фигуру. Она выглядывала из-за дверного косяка и смотрела на меня пустым взглядом. Я смотрел в ответ, и страх пробирал меня до костей. Она опять обхватила рукой косяк, и на этот раз я разглядел её получше. Она походила на существ из страшных историй, которые я читал в интернете, но не в точности. Бледная, тощая, двуногая, с когтистыми человекоподобными руками. Глаза у неё были невероятно тёмные, и я видел половину её рта, оскаленного на меня окровавленными зубами. Издалека она сошла бы за человека, но человеком точно не была. Главное её отличие от чудовищ, о которых я читал, состояло в том, что она была маленькая. Ростом метр двадцать от силы, я смотрел на неё сверху вниз, а не снизу вверх. Впрочем, меня это не слишком успокаивало: я видел, что она сделала с овцой. К этому времени я не сомневался, что эта сущность охотится за мной. Я почувствовал, как в сердце хлынул адреналин, и страх наконец чуть отступил. Я глянул влево, схватил ржавые плоскогубцы и запустил ими в тварь у двери. Она пронзительно взвизгнула и исчезла из проёма быстрее, чем это вообще возможно, с грохотом захлопнув за собой дверь.
Я опять очутился в темноте, но в этот раз меня утешало то, что твари рядом со мной нет. Я подошёл к двери и с усилием открыл её. Снова посветил фонариком в темноту. Здесь росло много невысоких деревьев: груши, яблони и прочие плодовые. В дальнем углу стояла огромная черешня, усыпанная молодыми ягодами. Там она и сидела, глядя на меня с одной из верхних веток. К счастью, топор я взял с собой, поэтому боялся уже не так сильно. Она стала двигаться на четвереньках, сновала по дереву проворно, как белка, только была раз в пятьдесят крупнее. В той руке, которой она не хваталась за косяк сарая, она держала окровавленный кусок убитой овцы, как трофей, и таскала его с собой повсюду. «Бедная овца», — подумал я. Сосед иногда разрешал мне приходить и помогать кормить овец, так что я к ним, можно сказать, привязался. Этому чудовищу было явно всё равно, оно убило просто для развлечения, даже не ради еды. Как раз когда я об этом думал, оно спрыгнуло с дерева. Я отскочил назад, но оно направилось не ко мне. Я смотрел, как оно несётся по земле к сливе поменьше, карабкается по стволу и лезет к верхним веткам. Тела его я больше не видел, зато видел большие, чёрные как смоль глаза, глядящие на меня сквозь листву. «Что этой твари нужно?» — спросил я себя. Она не нападала, хотя возможностей у неё было хоть отбавляй.
Я решил разобраться сам и пошёл к дереву, на котором она сидела, с топором наперевес. Дошёл до ствола и поднял голову. Её там не было. На её месте сидела бродячая кошка и вылизывалась. Я ошарашенно огляделся. Неужели всё, что я только что пережил, было просто галлюцинацией? Объяснить это можно было бы разве что недосыпом, но всё было таким настоящим. Я пошёл обратно к гаражу, на этот раз следя за тем, чтобы идти в правильную сторону. Я осмотрел место, где лежала овечья туша, но не нашёл ни капли крови и вообще никаких признаков того, что поблизости было что-то настолько крупное. Следы остались, только теперь они повторяли форму моих сандалий, а не те странные очертания, которые я видел раньше. Тут мне уже показалось, что я схожу с ума. От всего пережитого не осталось ни следа, и я никак не мог доказать самому себе, что это было на самом деле. Я дошёл до гаража, снова чувствуя сухость в горле. Лампочка гудела и горела так, будто и не гасла. Я подошёл к холодильнику и рванул дверцу, рассчитывая взять ледяную газировку. Вместо банок там лежал клок овечьей шерсти.
Автор: greenybeanhoops
Источник: The Thing in my Garage