Доброй ночи. Пишет внук путевого обходчика, если кто помнит. Решил вот взяться за старое и рассказать ещё об одном случае из его богатой на приключения жизни. Я, кажется, в одной из прошлых историй упоминал, что дед уже после работы в метрополитене успел побыть проводником на поезде Москва — Петербург (тогда ещё Ленинград). Эту историю я вроде бы тоже выкладывал пару лет назад, но вкратце, да и никто уже не помнит, я думаю.
Так вот, мистики в этой истории как таковой не очень много — хотя нет, всё-таки хватает. Самый жуткий случай за этот период его работы, на его памяти, произошёл во время вполне обычного рейса Москва — Ленинград. Поезд отправлялся чуть позже полуночи, а прибывал ближе к полудню следующего дня. Дед, как и всякий порядочный проводник, стоял у входной двери в вагон и проверял билеты у пассажиров. Была зима, довольно холодно. Мёрзнуть ему совершенно не хотелось, но что ж, работа такая, приходилось ждать тех немногих, кто всё же желал прокатиться до Ленинграда.
Уже ближе к отправлению он заметил троицу, которая быстрым шагом приближалась к нему. Наученный горьким опытом работы в метро, он сразу почуял неладное. «Два конвоира и зэк» — вот так он их описал. «Конвоиры» были одеты вполне по погоде: одинаковые дублёнки, одинаковые серые брюки. «Зэк» же, по его словам, был в каких-то мешковатых чёрных штанах и такой же кофте, что зимней одеждой, естественно, никак не назовёшь. Эти двое молодцов буквально волокли его под руки. Был он, как вспоминал дед, лысенький, маленького роста и весь какой-то обмякший, будто сильно выпивший.
Протянув деду билеты на целое купе, двое нетерпеливо переглядывались. Будто нервничали, как заметил дед. На его вопросительный взгляд в сторону «зэка» один из молодцов молча ткнул ему в лицо удостоверением КГБ и попросил сегодня их не беспокоить. Дед кивнул и освободил проход: зачем наживать лишние проблемы?
Ну да ладно, ближе к делу. Поезд тронулся, дед спокойно попивал чаёк и готовился ко сну, как вдруг в дверь постучали. Открыв, он увидел одного из «конвоиров», который коротко попросил зайти к ним в шесть утра и проверить, а если что — разбудить. Ехал тогда дед один: напарник куда-то запропастился, заболел вроде, но всем было всё равно, пассажиров и так было мало.
Встав по будильнику в шесть утра, дед нехотя поплёлся к купе троицы по коридору, освещённому приглушённым светом ламп. За окнами в такое время, да ещё и зимой, как вы понимаете, стояла непроглядная темень. Он постучал — ответа не было. Так он стучал с перерывами минут десять, как он вспоминал. Ну, раз начальство велело разбудить, ничего не поделаешь. Достав ключ, он попытался открыть замок, но тот и так был открыт. Снова почуяв неладное, он всё же собрался с духом и распахнул дверь. Тут его чуть инфаркт не хватил, а эта картина врезалась ему в память на всю жизнь. Слева, на нижней полке, были аккуратно разложены части тел «конвоиров», а их одежда валялась на полу. Справа, спиной к нему, в полной тишине, поджав под себя ноги, сидел тот самый «зэк», а рядом валялись какие-то железки. Вроде бы наручники, но дед был не уверен. На опущенном столике, залитом кровью, лежал нож — его, деда, нож, который он сразу узнал: охотничий, подарок друзей из Карелии, дед всегда возил его с собой, чтобы резать колбасу, курицу и всё такое. Медленно, стараясь даже не дышать, дед закрывал дверь, а «зэк» тем временем медленно поворачивал голову в его сторону. Дед успел увидеть пустые, отрешённые глаза, беззубую улыбку и слюни, стекающие на подбородок. Как будто умственно отсталый, вспоминал он, рассказывая мне эту историю. В панике дед запер замок, так и оставив ключ в скважине и вцепившись в него. Сколько он так простоял, он и сам не знает. Как только из купе вышел первый сонный пассажир, дед тихонько подозвал его и попросил позвать проводника из соседнего вагона. Ничего толком не объясняя такому же сонному проводнику, дед просто попросил его сходить за кем-нибудь из транспортной милиции. Тот выслушал короткий рассказ, кивнул и куда-то убежал. В общем, на станции в вагон вместо ожидаемой дедом доблестной милиции вошли два мордоворота и длинный худой мужчина. Все трое в костюмах. Деда коротко попросили пройти в своё купе и больше ни о чём не беспокоиться. Нож свой, кстати, дед так и не нашёл и всё гадал, как этот «зэк» сумел выбраться, пройти к нему в купе и забрать нож совершенно незамеченным. Ещё сильнее он перепугался, уже сидя у себя в купе. На конечной, в Ленинграде, проверяя вагон, он обнаружил купе той троицы чистым и пустым. А стоило ему выйти из вагона, как его подхватил под руку какой-то мужчина в костюме и тоже ткнул ему в лицо удостоверением, которое дед даже не успел разглядеть, да ему уже было всё равно. Короче говоря, его отвезли на машине в какое-то здание в центре Ленинграда, взяли очередную подписку о неразглашении, слегка припугнули, пообещали внеочередной оплачиваемый отпуск, которого дед так и не дождался, и отпустили. Такие дела. Простыня вышла огромная, много лишнего, но надеюсь, всё равно было интересно.