Я спрашиваю себя, что значит быть безумным. Забыть, кто ты такой? Казаться окружающим чужим человеком? Распад рассудка? Когда разум перестаёт работать? Или, может, наоборот — когда он становится слишком сильным, подавляющим? Когда больше не можешь выносить свою реальность и она превращается в пытку?
Мне кажется, каждый из этих ответов отчасти описывает то, в каком я состоянии, пока с трудом пишу эти записки.
Иногда, когда я иду, мне кажется, что ноги затягивает в землю, я иду всё медленнее и медленнее, вижу, куда мне нужно, но не могу дойти. А иногда я сажусь за стол, тянусь за вилкой, а стол растягивается, и чем дальше я тянусь, тем длиннее он становится. Из таких вещей и состоит моя жизнь. Но я не всегда был таким.
Всё началось много лет назад, на тихой ферме, вдали от городской суеты. Я был младшим ребёнком. У меня было два брата, Том и Джуд, сестра Глинда, родители, Мэри и Скотт, и дедушка Роберт.
Это были практичные люди: вставали рано, тяжело работали, хорошо ели, ложились спать вовремя. Я их любил, но был совсем на них не похож. Я любил читать, а отец и дедушка Роберт называли это пустой тратой времени, занятием для никчёмных мечтателей. И всё же, когда выпадала возможность, я срезал путь через лес, добирался до городка и заходил в тамошнюю маленькую библиотеку — взять новую книгу и вернуть старую. Что я читаю, приходилось всегда прятать: за это меня бы выпороли. Меня и так шпыняли и колотили за то, что я слабый и на ферме от меня мало толку, и лишних наказаний я не хотел. Сестра, Глинда, часто меня жалела и пыталась подбодрить, но, видимо, не так, как надо: она вечно говорила, что со временем я научусь работать на ферме и читать мне больше не захочется. Я был совсем один со своими мечтами.
Однажды ночью я тайком выбрался из дома и пошёл гулять у леса. Тогда-то я и увидел вспышку и услышал за холмом незнакомый звук. Я забрался на вершину и увидел в воздухе странную тёмную парящую энергию. Она кружилась, становилась всё меньше и меньше и наконец исчезла. Сердце выпрыгивало из моей тощей груди, но я заметил, что там кое-что осталось. Это был маленький чёрный мешочек. Я робко подошёл и слабой, дрожащей рукой открыл его и заглянул внутрь. Там были чёрные семечки, точь-в-точь как подсолнечные. Попробовать их я не решился — я же видел, откуда они взялись. Я завязал мешочек и унёс домой. Оставил его у двери, за своими ботинками, и лёг спать. Всю ночь мне снились жуткие кошмары: чудовища с щупальцами прилетали из космоса и мучили меня.
Когда я проснулся и пошёл за своим скромным завтраком, брат Джуд хлопнул меня по спине и потряс найденным мешочком у меня перед носом. Я пришёл в ужас. Джуд решил, что это потому, что я хотел припрятать мешочек для себя, но испугался я оттого, что мешочек был пуст. Я спросил, ел ли кто-нибудь семечки. Джуд рассмеялся и сказал, что поделил их на всех и что мне это урок: нечего утаивать находки от семьи.
Оцепенев от страха, я ушёл есть на улицу, один, надеясь, что с ними ничего плохого не случится.
В тот день отец заставил меня работать в поле, я вымотался и рано лёг спать.
На следующее утро на кухне никого не было. Я выглянул в окно и увидел, что все они сидят в ряд у пруда, молча. Я вышел, и тут брат Том повернулся ко мне и жестом велел молчать. Я вернулся в дом. Всё утро они так и просидели там, а потом пошли работать как обычно. Но я был сильно встревожен, и меня понемногу охватывало жуткое чувство.
В ту ночь я вернулся на холм, но ничего там не нашёл. Мне было страшно узнать, что случится на следующее утро, — и, что ж, ждать так долго не пришлось. На обратном пути я увидел, что в доме горит весь свет, а в темноте ко мне идёт фигура, похожая на мою сестру. Может, они перепугались, потому что я ушёл тайком? Так я подумал сначала, но сильно ошибся. Когда Глинда подошла ближе, я увидел, что её лицо вытянулось и исказилось, рот растянулся вверх, а глаза закатились. Я закричал, но не мог сдвинуться с места. Голова, лицо и шея Глинды вытянулись, как резина, и отвалились, а под ними оказалась куча щупалец — они торчали в небо и шевелились. В полном ужасе я всё-таки сумел убежать — бегал я так хорошо впервые в жизни.
Я влетел в дом и увидел, что они все такие! Они издали пронзительный визг и бросились за мной.
Я бежал. Ужас той ночи исказил мой разум и унёс его куда-то в другое место. Я бежал и ни разу не оглянулся. Я не знаю, что стало с моей семьёй: в те края я больше не вернусь никогда.
В конечном счёте виноват я — ведь это я принёс семена домой. Кошмар продолжался все эти годы и не остался в прошлом. Меня съедало чувство вины, но ещё и страх перед тем, чего я не понимал, перед тем, во что они превратились.
Когда-то у меня были мечты, но теперь я их все забыл. Может, это и есть настоящее определение безумия?
Автор: Few-Implement2861
Источник: Was it all my fault because I gave them the seeds?