Я очень долго бегал от Человека со списком. Он возникал везде, куда бы я ни подался. Упорству его, пожалуй, стоит отдать должное: за каждым углом меня ждал он, а при нём был аккуратно расписанный план моей гибели. Любая из его уловок могла бы сработать, не будь я таким отменным трусом.
О встречах с Человеком со списком на Reddit писали многие, хотя по имени его никто не называет. Я люблю любительские страшилки и подростком глотал их одну за другой. Я считал его выдумкой: он ведь из интернета, а там выдумки растут как на грядке. Заподозрить, что он настоящий, я не мог, пока не столкнулся с его работой нос к носу.
Едва мне стукнуло восемнадцать, я решил съехать от родителей. Взрослые так и поступают, думал я, живут самостоятельно. В поисках квартиры я облазил все сайты, форумы и доски объявлений, какие только бывают. И нашёл: комната с одной кроватью, отдельная ванная, общие кухня и гостиная. Хозяйкой оказалась низенькая старушка восьмидесяти пяти лет. Её звали Эдит.
При встрече Эдит сказала, что условия тут необычные. Я спросил, в каком смысле.
— Есть список правил, — проскрипела Эдит, — и их надо соблюдать.
— Ладно.
— Первое: в подвал нельзя спускаться никогда.
— Хорошо, я подвалы и не люблю. Всё равно всё нужное здесь, на первом этаже.
— Второе: до полуночи дверь шкафа надо забаррикадировать.
— Знаете, Эдит, я что-то засомневался. Боюсь, я вам не подойду. Удачи вам с жильцом. Вы, по-моему, замечательная пожилая дама!
Я поселился у бабушки, так выходило гораздо дешевле. Ей нужна была помощь по дому, а мне нужно было жильё без списка странных зловещих правил. Потом выяснилось, что без них в моей жизни мало что обходится.
Дальше меня позвали присмотреть за тётиной дворнягой по кличке Принцесса. Правила, которые тётя для меня расписала, были дикими и откровенно недобрыми. Я отказался: на продукты заработаю где-нибудь ещё. Потом была работа в магазинчике на углу: ни в коем случае не давай большой стрелке перейти за двенадцать! Заявление я забрал. В награду за последний экзамен первого курса я снял уединённый домик с видом на озеро (никогда не открывай дверь, если в неё постучат шесть раз). Три часа до дома я ехал молча.
Так я избегал его десять лет. Отвернись и не оглядывайся. Когда тобой правит страх, он иногда рулит в верную сторону. Со мной было именно так. Я всегда понимал, что затеял Человек со списком, и всегда знал, когда пора бежать.
Ещё не стемнело, когда через кусты продрался мужчина в чёрной рубашке с воротничком и бежевых брюках и побрёл, шатаясь, по моему заднему двору. Шпана какая-то, подумал я, раз вырядился как в офис. В руках у него были планшет с зажимом и ручка. Вид он имел потрёпанный и шёл прямиком к двери на веранду.
Он меня напугал. Подвох я чую сразу. Я сходил в кладовку и достал дедову красную резиновую киянку, здоровенную, тяжёлую, на длинной деревянной ручке. Раньше список сам ко мне не приходил. К сетчатой двери мы с ним подошли одновременно.
— Мистер Джонс? — спросил он замученным голосом.
— Это я.
— Ох, слава богу! Я весь район обошёл, пока искал ваш дом. А это что, это у вас чёрный ход? Ой, простите ради бога. Ну я и идиот, — пропыхтел он.
— Ничего.
Он отдышался и продолжил:
— Я постучался к миссис Эллиот, и она сказала, что к вам можно пройти по тропинке через лес, что тут совсем рядом. Как же она ошиблась! Я думал, там и помру. Койоты и всё такое.
— Ага.
Киянку я держал в опущенной руке, её боёк чиркал по линолеуму.
— Ну, раз уж я добрался, хочу рассказать вам о благой вести и попросить, если можно, о пожертвовании. Для прихожан церкви Святой Феодоры.
— Какие правила?
— Простите?
— Если я сделаю пожертвование, какие будут правила?
Я крепче сжал киянку.
— Никаких правил, сэр. Просто пишете вот тут сумму и ставите подпись. Давайте я расскажу вам про нашу церковь, сэр, и про нашего пастора…
Он бубнил об этом несколько долгих минут, а я напряжённо думал. Списка нет. Ну что ж. В церковь Святой Феодоры ходила моя бабушка. Люди там хорошие, я это знал: когда она умерла, они помогли мне оплатить похороны. Сам я туда не ходил (мальчик из хора сказал, что на скамьях сидят по правилам), но ко мне там всё равно относились по-доброму. Теперь, когда я чего-то добился в жизни, можно было вернуть долг.
— Ладно. Я пожертвую.
Я осторожно отодвинул дверь.
— Ой, спасибо вам! Надо же, спасибо! Вы у меня сегодня вторые, а я обошёл тридцать домов. Первой, конечно, была миссис Эллиот, она всегда жертвует. Ох, как отец Джабб обрадуется! — воскликнул он и торопливо сунул планшет с ручкой в мою свободную руку.
Я положил киянку, заполнил строчки, вписал сумму в пятьсот долларов и расписался. Потом вернул планшет, и он улыбнулся.
И хихикнул, потом загоготал, закашлялся и захрипел в буйном восторге. Он ревел по-ослиному, мотал головой, дёргал плечами и выглядел совершенно безумным.
— Наконец-то ты попался! Что же ты мелкий шрифт не прочитал? И это всё, что нужно было сделать, чтобы тебя заполучить? Как просто, как же просто! Я знал, что достану тебя! — завизжал он высоким скрежещущим голосом.
Теперь, на закате, он стал чудовищем. Черты его исказились до неузнаваемости. Он покрывался бородавками, морщинами и шерстью, и от него волнами шла какая-то мерзость, как гной из раны.
— Это я, я, Человек со списком! И я тебя поймал, наконец-то, наконец-то ты мой! Теперь всё сделано как положено!
— Какие правила?
— Свет, — захихикал он, — свет не должен касаться твоей кожи, иначе ты рассыплешься в пепел. В пепел!
Он радостно заплясал, вскидывая кривые ноги и хлопая узловатыми ладонями, и неуклюже закружился на месте.
— Ты болван.
— Что?
— Я сказал: ты болван. Ума у тебя ни на грош.
— Ха, это ты сейчас так говоришь, а что ты будешь делать, мальчик, когда наступит день? Ты попался!
— Ты не прочитал.
Он замер. Пальцы стиснули планшет, и я услышал, как длинные ногти скрипнули по пластику. Он прочитал, и глаза его наполнились ужасом. Он так и не смог оторвать их от листа, когда я опустил красную резиновую киянку ему на голову. Раз, два, три, четыре, по разу за каждый случай, когда мне говорили «есть кое-какие правила», и потом ещё. Я бил его, пока от него не осталась куча красной жижи, а потом смыл её с веранды садовым шлангом.
Я всего-навсего подписался «Джон Смит». Мне, честно говоря, было страшно отдать целых пятьсот баксов, заработанных своим горбом. Я думал, что зайду как-нибудь потом, пожертвую полтинник и извинюсь за путаницу. С тех пор Человек со списком мне не докучал. Да и никому другому докучать уже не должен.
Автор: red-fruitopia